События, Библиотечный календарь

четверг, 1 февраля 2018 г.

Время читать стихи о войне. Анна Тарасова


Анна Михайловна  Тарасова  родилась в с. Ильичевка,  выросла в Заволжье. С 14 лет жила в Камышине. Судьба подарила ей встречу с сотрудником редакции газеты «Ленинское знамя» Михаилом Рощиным, который руководил литературным отделением.  Будущий  драматург и прозаик  помог Анне доработать одно из её стихотворений,  это стало началом её поэтического труда. Работая воспитателем детского сада и музыкальным руководителем, Анна Михайловна выступала на вечерах поэзии и пропагандировала литературу России, что сродни нашему, библиотечному труду. В нашей библиотеке есть её сборник «Сердце в песне. Стихи и проза».
Канун большого праздника – время радости и печали, время воспоминаний и песен, время читать стихи о войне… ткройте для себя стихи Анны Тарасовой.

                    ХЛЕБ 
                             Рассказ ветерана
Мне только предстояло стать солдатом!
Готов служить, острижен наголо,
С родней присел я молча среди хаты.
Поплакав, мать вздохнула тяжело
И, поднеся к губам ломоть духмяный,
«Ты откуси, — сказала, — съешь чуток».
(Я подчинился этой просьбе странной,
А для чего, — тогда понять не мог).
Хлеб завернула в чистую тряпицу.
«Водицы ключевой испей глоток.
Дай Бог к воде и хлебу воротиться.
Благословляю! В добрый путь, сынок».
И раскрутились серые обмотки
Дорог армейских. Стрельбы, тишина —
Все вперемежку. А домой охота!
Служить осталось месяц. Тут — война!
Бои. Потери. А запомнил — поле.
Пшеницу на корню, что сам палил,
И старшину, что плакал, как от боли:
«Дите родное будто схоронил...»
В сорок втором лечил обмороженье.
Мок под дождями. Глох в огне атак.
Полз, кровь теряя, — полз из окруженья.
И лучше б смерть, чем Бухенвальда мрак!
Псы рыдали. Били. — За побеги плата.
Но я живучий: воскресал не раз
И счастлив был в победном сорок пятом
Обнять родную, слышать: «Дождалась!..»
Соседи разошлись уже под вечер.
В семилинейной лампе на стене
Шипел фитиль. Еще не веря встрече,
Чаевничали с мамой в тишине.
«А я ведь хлеб твой сохранила, Вася! —
Достала тот кусок... без уголка.
— Вот и вернулся! Съешь, сынок, на счастье!
(Сухарь — чуть больше спичек коробка).
Чего греха таить, все годы эти
И холодно, и голодно жила,
Но съесть твое — нет, ни за что на свете!
Как веру в возвращенье берегла».
Тут только понял суть благословенья!
Впервые понял, как слепой прозрел:
Ржаной ломоть с соличкой, скрип ступенек —
С них начался нелегкий мой удел.
Жила во мне, жила незримо сила
Воды и жита и земли родной —
Она меня, наверно, и хранила,
От смерти отвела не от одной.
Да, хлеб... — дрожат заметно руки в шрамах.
— Домой пришел... Живой! — Молчит солдат.
Размоченный, с горчинкой делит с мамой
Сухарик тот, как много лет назад.

            ОН ВЕРНУЛСЯ
             Памяти павших земляков
С пьедестала, до боли знакомый,
Сняв пилотку, глядит, как живой.
Всем селом просажали его мы
В сорок первом — порой грозовой.
Он вернулся домой, победитель!
Золотистую рожь защитил,
Чтобы утром июньским учитель
С детворою в поля выходил.
Чтобы спрашивать: «Так ли живете?»
В одиноком безмолвье застыл,
Чтоб мой первенец в сладкой дремоте
Соки белые мамины пил...
И невольно душа замирает:
«Ох, не вспыхнула б снова война...»
В лунном свете металлом сверкают
Непришедших сельчан имена.
Я вас многих, молоденьких, помню
(Отстоявших свободу и честь)
Женихами, одетыми скромно...
А у вас уже правнуки есть!
Обновилось Заволжье родное:
Голубея, в степи пролегли
Ожерелья с живою водою —
Словно вены на теле земли.
Словно мачты, на крышах антенны,
Но очей вам на них не поднять:
Над кипеньем садов белопенных
Гордой памятью вечно стоять.
Ночь хрустальный горох рассыпает.
Низко кланяюсь вам, земляки:
Тишину над селом нарушают
Лишь журчащих сверчков  ручейки...